Аналитика НЦПТИ

Национальный центр информационного противодействия терроризму и экстремизму в образовательной среде и сети Интернет

Информационное противодействие терроризму в Южном Федеральном округе: современное состояние и перспективы

Современные средства связи и Интернет прочно вошли в жизнь обычного человека по всему миру. Вместе с этим возросло влияние современных средств массовой информации, которые открыли для себя новую нишу информационного вещания – сеть Интернет и её службы. Такое влияние может быть как позитивным (доступность знаний и образования, легкость общения минуя геофизические барьеры, цифровые развлечения), так и негативным (искусственное формирование общественного мнения, разжигание межнациональной розни, экстремистская и террористическая агитация).

С одной стороны, современный терроризм и экстремизм с точки зрения управления и организации развивается не менее стремительно, чем новейшие технологии. Массовая доступность сети Интернет, средств персональной связи и мультимедиа технологии предоставляют огромные возможности для планирования и организации террористических актов и экстремистских проявлений. Широкая доступность коммуникационных технологий делает обнаружение террористических групп и их членов чрезвычайно трудным занятием. Современные специальные службы сталкиваются с совершенно новыми вопросами технического оснащения и организационного реформирования, опыта решения которых не существует ни в одной стране мира.

С другой стороны, и террористическое движение, развиваясь, меняет свой формат - в отличие от первых террористических актов в царской России, сейчас это мощный политический инструмент с широким диапазоном средств и возможностей отнюдь не тактического уровня, которым кулуарно пользуются все сверхдержавы мира.

Современный терроризм давно уже перестал быть «слепым насилием», каким его представляли раньше, сегодня терроризм - это уже прежде всего мультимедийный цех. В современном террористическом акте нет смысла, если «правду» о нем не расскажут в новостях, затем еще одну «настоящую правду» вполголоса на кухне и потом еще немного на лавочке перед домом.

С помощью террористического акта больше не решаются тактические задачи, сегодня терроризм - это, в первую очередь, решение длительной стратегической задачи, способ формирования мнения и даже мышления. Не секрет, что многие террористические организации умело пользуются современными возможностями медиапроизводства.

Практически все существующие террористические группы оснащены современным вооружением, компьютерной вычислительной техникой, высокотехнологичной мобильной связью, которая приобретается на деньги зарубежных религиозных или политических организаций. Существуют даже телевизионные студии, оснащенные по последнему слову техники, на которых создают обучающие видеозаписи о способах ведения террористической деятельности, а затем тиражируют в доступном видеоформате1.

Таким образом, с одной стороны, Интернет необходим современным террористам для того, чтобы вербовать себе новых участников и поддерживать в населении страх перед своими бойцами, вызывать сочувствие своим целям, информировать о совершенных действиях и проведенных акциях те организации и сообщества, которые финансируют их деятельность, а с другой стороны, он является полноценным оружием информационного противоборства, которое не могут не использовать в своих интересах другие государства.

Согласно Указу Президента РФ от 10.01.2000 г. № 24 «О концепции национальной безопасности Российской Федерации» одной из важнейших задач обеспечения информационной безопасности Российской Федерации является противодействие угрозе развязывания противоборства в информационной сфере.

Согласно действующей доктрине обеспечения информационной безопасности, объектом информационного противоборства является любой объект, в отношении которого возможно осуществление информационного воздействия. Очевидно, что главным объектом современной российской информационной сферы является сеть Интернет, с помощью которой формируется мнение и представления об окружающем мире наиболее активной части населения - молодёжи.

По сути, информационное противоборство - это проведение комплексных мероприятий в информационной сфере, которая предполагает как осуществление деструктивного воздействия на информацию, информационные системы и информационную инфраструктуру противоборствующей стороны, так и формирование у противоборствующей стороны ложного представления о реальной ситуации по какому-либо важному вопросу. При этом, следует учитывать, что информационное противоборство неразрывно связано с защитой собственной информации, информационных систем и информационной инфраструктуры от подобных воздействий. Конечной же целью информационного противоборства является завоевание и удержание информационного превосходства над противоборствующей стороной2.

Задачи, обозначенные вышеупомянутым Указом Президента РФ, одновременно решаются (в рамках собственных направлений) несколькими государственными ведомствами, в перечень которых входят Министерство обороны Российской Федерации и Федеральная служба безопасности и другие специальные службы. Вопросами противодействия информационному противоборству со стороны иностранных спецслужб и разведок, занимаются профессионалы, которые на текущий момент стараются не допустить распространения террористической пропаганды, решая сегодня задачу в первую очередь сдерживания.

В этой связи очевидным и совершенно правильным кажется создание и использование Национальным антитеррористическим комитетом (НАК) принципов, по сути, информационного вооружения - в задачи НАК, как органа, обеспечивающего координацию деятельности других ведомств по противодействию терроризму, входит разработка и представление высшему политическому руководству страны мероприятий и эффективных мер по противодействию терроризму.

Сложность задачи заключается в необходимости разработать такую концепцию противодействия терроризму, которая была бы совместима с гарантией прав и свобод лояльных и благонамеренных3 граждан. Особенно это заметно, когда не поспевающие за паровозом новых информационных технологий, министерства и ведомства вносят свою сумятицу и неразбериху в процесс формирования необходимых законодательных актов.

Так, изначально благое намерение ограничить в возможностях злонамеренные и противоправные источники информации в сети Интернет оказалось на практике заградительным барьером прежде всего для лояльных и законопослушных организаций. Рассмотренный и принятый в чрезвычайно сжатые сроки Закон № 139-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью и развитию» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» вызвал достаточно много протестов со стороны общественных организаций и коммерческих предприятий (в первую очередь, конечно, связанных с предоставлением контента в сети Интернет)4.

При этом, политические организации, деятельность которых по результатам веб-мониторинга можно смело называть политическим лоббированием в пользу интересов ряда иностранных государств, открыто заявляют о том, что они не будут осуществлять свою регистрацию в качестве иностранных агентов5.

Для того, чтобы объективно оценить сложившуюся ситуацию, следует обратиться к цифрам, которые являются результатом анализа открытых источников сети Интернет6. Рассмотрим объём иностранных пожертвований в некоммерческие организации и, что немаловажно, формат передачи финансовых средств, включая отчетность.

Национальный фонд поддержки демократии США (НФПД США, англ. US National Endowment of Democracy) был организован в США в начале 1980-х годов и действует в Российской Федерации опосредовано (с помощью грантов на весьма расплывчатые политические цели общественным политическим организациям). Только официальный объем финансирования российских некоммерческих организаций (в число которых, правда, входят только центры и организации, занимающиеся исключительно политическими вопросами) в 2011 году составил 4 155,9 тыс. долларов (при среднем значении размера выдаваемых грантов равном чуть более 56 тыс. долларов).

Весьма значительная сумма ежегодно тратится под контролем Конгресса США, бюджет утверждается Президентом США, а руководство фондом формируется методом кооптации членов, кандидатуры которых одобряются Конгрессом США. Бюджет фонда определяется Конгрессом США и состоит в значительной части из государственных субсидий. Деятельность фонда также подотчетна Конгрессу США, на заседаниях которого его работа регулярно обсуждается и оценивается.

Однако, формальная независимость НФПД позволяет представляет легальную возможность лоббировать на территории других государств интересы США как частное юридическое лицо. Как неправительственная организация НФПД позволяет осуществлять политическое давление в ситуациях, где поддержка правительством США была бы дипломатически и политически невозможной - данная информация не является чем-то секретным, она свободна размещена на сайте НФПД7.

В тоже время, негосударственный благотворительный фонд «Подари жизнь», созданный с целью помощи детям с онкологическими, гематологическими и другими тяжёлыми заболеваниями8, получил в 2011 году от иностранных граждан и коммерческих организаций (и только от них9) всего лишь 191,3 тыс. долларов. Можно с большой уверенностью утверждать, что ни одна (!) иностранная негосударственная организация не осуществляла трансферт денежных средств в пользу какой-либо отдельно взятой отечественной благотворительной организации. При этом, деятельность благотворительных фондов весьма и весьма прозрачна, чего не скажешь о деятельности, например, регионального общественного движения «Чеченский комитет национального спасения», получившего от упомянутого выше НИПД в 2012 году грант в 60,0 тыс. долларов, которая по факту состоит из одного руководителя, обладавшего определенным политическим влиянием.

Уместно будет также упомянуть, что по данным веб-мониторинга информационных источников за 2012 год, например, только в месте компактного проживания «Ангушт»10, где проживают беженцы и вынужденные переселенцы из Чеченской Республики, благотворительная помощь не оказывалась уже более года. То есть, иностранное финансирование помощи беженцам и пострадавшим от военных действий настоящим потребителям попросту не осуществляется, хотя такие цели есть у многих иностранных негосударственных организаций (включая тот же НФПД США).

С точки зрения анализа данной проблематики, справедливо отметить, что Россия не является обладателем уникальной проблемы. Как минимум, еще три сверхдержавы нашего региона - Китай, Индия и Иран - столкнулись с точно такими же проблемами.

Один из бывших руководителей подразделения Разведывательного бюро Индии, аналитик Бахукутумби Раман11 описывает сложившуюся в Индии ситуацию удивительно схожим образом. Используя несовершенство и отсталость законодательства через иностранные фонды заинтересованными государствами выделяются огромные бюджеты для финансирования деятельности, направленной против государства. Эти денежные средства в первую очередь тратятся на то, чтобы осуществлять в данном регионе защиту интересов иностранных государств.

В качестве подтверждения, Б. Раман упоминает столкновения между буддистами и последователями ислама в штате Ракхайн, в Мьянме, вызванные действиями террористической Интернет-группы «ПсиДжихад», которые в итоге привели к вооруженным столкновениям уже непосредственно в Индии в июле и августе 2012 года - в штате Ассам, между иммигрантами из Бангладеш и местными жителями. Данные печальные события повлекли за собой отток беженцев из штата Ассам в соседние штаты общим количеством более 300 тыс. человек.

Группа организаторов этих волнений, назвавшая себя «ПсиДжихадистами» так и осталась нераскрытой, поскольку активно использовала в организационных целях социальные сети (Facebook и Twitter) и Интернет коммуникации (систему Skype), к анализу которых спецслужбы Индии оказались недостаточно хорошо подготовлены.

Современное состояние этого вопроса в Российской Федерации полностью подтверждает выводы, которые делают иностранные аналитики - все большее количество руководителей региональных Антитеррористических комиссий (АТК) говорят на открытых заседаниях о необходимости информационного противодействия пропаганде терроризма и экстремизма в сети Интернет.

С точки зрения создания и развития мер противодействия террористической угрозе, региональные АТК должны уделять намного больше внимания вопросам информационного противоборства терроризму в сети Интернет и других СМИ. При этом, как специально уполномоченные региональные органы, они должны представлять свои предложения не только по ограничению противоправных и злонамеренных источников информации, но и поощрению доброжелательных, защите конструктивно настроенных лояльных граждан.

Конечно же, разрабатываемое информационное вооружение должно быть мощным, но является ли оно на сегодняшний день достаточно эффективным?

Одним из главных инструментов информационного противоборства является именно веб-мониторинг - он позволяет оценить как само информационное пространство сети Интернет (как своеобразный аналог театра военных действий), так и изменения, которые в нем происходят в зависимости от производимых нами и противником действий. Не нарушая общности, мы рассматриваем веб-мониторинг как процесс сбора информации о противоправных действиях и террористических движениях в сети Интернет для обеспечения национальной безопасности и получения преимуществ в противодействии террористической угрозе.

Для решения частной задачи веб-мониторинга необходимы не унифицированные законодательные проекты, которые ограничивают и возможность совершения злонамеренных действий, но и одновременно с этим изначально лояльную аудиторию, а новые избирательные техники выявления и блокирования противоправного контента. Из-за применения неразборчивого подхода, когда с законодательными ограничениями сталкиваются не только правонарушители, но и лояльные граждане, страдают в первую очередь лояльные граждане, позиция которых в этом случае изменяется с лояльной на нейтральную или вообще протестную.

Примерами, опять же, могут служить обширные инциденты с публичными выступлениями, которые будучи пресечены в реальной жизни переносились в сферу Интернет и уже в обратном режиме приводили к массовым выступлениям.

Самым ярким негативным примером подобного рода являются арабские революции, процесс развития которых начался в середине 2010 года. Если рассматривать их как уже случившийся негативный пример, то необходимо обратить внимание на интерактивные возможности новых видов СМИ, которые открылись благодаря сервисам Интернет.

Понятие интерактивности на самом деле очень широко, особенно если оно применяется по отношению к ресурсам Интернет. Основными характеристиками Интернет-СМИ, отличающими их от классических видов средств массовой коммуникации являются: обратная связь, персонализация и возможность участия в некотором сообществе специалистов.

Обратная связь возникает тогда, когда источники информации и ее потребители имеют возможность быстрого обмена мнениями без премодерируемой цензуры. Персонализация заключается в автоматическом подборе интересующей информации, релевантной запросам конкретного пользователя (это делает пользователя уязвимым к внешнему влиянию). Экспертные мнения специалистов с высоким уровнем персонального авторитета формируют сообщества по интересам.

Собственно, Интернет стал использоваться как средство агитации и проводник пропаганды еще до конца XX столетия. Но только тогда информационной единицей был некоторый ресурс (сервер-площадка), которая могла лишь хранить и передавать информацию, позволяя фильтровать и разделять содержимое, реализовывая преимущества интерактивности.

На сегодняшний момент ситуация изменилась. Сейчас главным действующим объектом Интернет-агитации стал блог (персональная страница эксперта), влияющего на мнения других людей. Как правило, автор блога апеллирует к собственным знаниям, которые подтверждаются с помощью комментариев других лиц, а его единомышленники формируют сообщества, распространяющие шаблоны стереотипного мышления (в стиле «это следует делать так», и «а к этому отношение вот такое»).

Эволюция подобной Интернет-схоластики продолжается и все большее значение приобретает новая технология, которую можно назвать интерактивной блогопропагандой. Суть данной технологии – использование авторитетных мнений экспертов с целью распространения заданных идей и оказания влияния в форме живого общения с помощью тех технических возможностей, которые предоставляет сегодня Интернет.

Для того, чтобы повысить авторитетность используемых веб-позиций в ход идут самые разнообразные психологические приемы – имитация символов, которым доверяют (использование «раскрученных брендов»), различных когнитивных шаблонов (здесь достаточно будет вспомнить о символах демонстрации силы, агрессивных формах - визуально идентичные примеры грузинской, белорусской и русской символики, которая используется в разных контекстах, но с одной целью).

Основной двигатель данного процесса – стремление различных политических групп управлять протестной активностью населения. Как правило, уровень прироста протестной активности не изменяется в течение долгого времени, не вызывая у властей и оппозиционных сил никаких опасений. Затем, стремительно катализируются в массовые демонстрации и пикеты, не давая опомниться ни властям, ни оппозиции.

Движущей силой революций (в нашем примере - в арабских странах) являются представители классической местной интеллигенции, которые, получив европейское образование, обладают наилучшими возможностями и пониманием того, как эффективнее всего использовать современные коммуникативные системы (особенно, Интернет).

Основной движимой массой являются не беднейшие классы, озлобленные сложившейся в перекошенном виде социально-экономической обстановкой, а молодежь из средних, менее маргинальных классов. К этому привели несколько объективных факторов – демографический взрыв, случившийся за последние 20-30 лет, огромное влияние технократической культурной революции, которая происходит не без внешнего «западного» давления.

Следует сделать особый акцент на том, что подобная ситуация имеет мест и на Северном Кавказе. Невысокий уровень образования, утерянный из за долгого периода военных действий и разрушающейся экономики, безусловно преумножает наивность молодежных движений, которые больше доверяют мнению экспертов в привычной среде – и здесь наиболее эффективным становится воздействие на молодежь через Интернет.

Еще один очевидный, но интересный факт заключается в том, что скрытой силой, катализирующей революционные движения в арабском мире является религия. Революционное панарабское движение имеет весьма влиятельные религиозные корни – особенно это касается так называемого движения «Аль-Васат'ыя»12, которое долгое время скрыто поддерживалось западными странами, а сейчас приобретает самостоятельную форму, независимую от степени внешней поддержки. Например, в Египте с 1996 подпольно действовала группировка «Аль-Васат Аль-Джидад», которая получила публичное официальное признание практически сразу после официального признания революционного правительства, что довольно удивительно, учитывая в каком состоянии находилась страна и временное правительство сразу после смены власти.

Безусловно, основными революционными факторами были и остаются ухудшающаяся социальная обстановка в большинстве арабских государств, репрессивный климат, высокий уровень коррупции и презрительное отношение властей к общей массе своего народа. Готовность к действиям была, если можно так выразиться, подготовлена отсталой образовательной системой, угнетаемой консервативными религиозными движениями, а также визуальным отрицанием власти неугодных фактов и игнорированием острых социальных и политических тем.

Столкнувшись с проблемой удержания власти, арабские правительственные круги как правило применяли бессистемный подход «тушения пожаров» (это также хорошо видно по хронологии событий в Ливии, Египте и даже Сирии). Используя насилие, аресты и грубое подавление пикетчиков власти, как правило, добиваются лишь более ожесточенного сопротивления.

С учетом значимого влияния средств мобильной связи, доступа к сети Интернет, властям необходимо было быстро перестроиться на изучение и контроль методов блогопропаганды, создание комплекса мер по информационному противодействию Интернет-агитации. Любой здравомыслящий человек, с которым власти пытаются наладить общение, осознает, что последствия революции всегда хуже, чем те причины, которые их порождают.

Безусловно, невозможно совершить смену власти, используя только почту или мобильную телефонную связь - они лишь инструменты в руках лиц, мобилизирующих протестные настроения или распространяющих террористическую пропаганду.

С другой стороны, на сегодняшний день не существует системы массовой коммуникации более эффективной, чем сеть Интернет, и этим безусловно и пользуются внешние провокационные силы там, где протестные настроения переходят из латентного состояния в бесконтрольный хаос.

Крайне сомнительно, что такие негативные явления, как коррупция, ксенофобия, образовательная и научная деградация, снижение доверия граждан к государственным институтам власти, являются следствием действий небольшой группы лиц, а ведь именно эти проблемы системного характера на самом деле определяют генезис таких понятий, как «цветные революции» и «терроризм и экстремизм в сети Интернет».

Наиболее важным в этом случае становится возможность государства осуществлять целенаправленную политику информационного противоборства, укрепляя национальную безопасность и защищая свои интересы.

Подводя итог, можно утверждать, что на сегодняшний день в деле организации информационного противоборства терроризму не хватает нестандартных решений, методик и способов поиска уязвимых мест, которые можно было бы использовать здесь и сейчас, чтобы переломить сложившийся психологический настрой с позиций «это невозможно» на позицию «раз уж это кто-то сделал, значит, это можно сделать и нам».

В этой связи можно утверждать, что терроризму в информационной сфере могут и должны быть противопоставлены не только общегосударственные меры, но и вполне конкретные частные решения, которые могут быть реализованы на местах усилиями региональных Антитеррористических комиссий.

Безусловно, необходима организационная и финансовая поддержка научных исследований в области информационного противоборства. В рамках данного направления складываются усилия Министерства внутренней и информационной политики Ростовской области совместно с Национальным центром информационного противодействия терроризму и экстремизму в образовательной среде и сети Интернет Министерства образования и науки Российской Федерации13.

На сегодняшний день, налажены процессы мониторинга открытых источников, в первую очередь веб-сайтов террористического бандподполья, напрямую связанных с противоправным контентом и распространением террористической пропаганды. Расположение этих ресурсов за пределами Российской Федерации не позволяет использовать российский законодательные нормы для удаления или блокирования террористического содержимого, однако специалисты Центра используют все доступные легальные способы для блокировки противоправного контента.

Текущие возможности по блокированию видеоматериалов с использованием средств веб-мониторинга и ограничительных мер законов об авторских правах позволили обеспечить удаление порядка 200 записей ежемесячно14 на популярных видеопорталах (американский YOUTUBE и французский DAILYMOTION).

Однако единичные победы сами по себе не смогут переломить ход информационной войны с терроризмом. Необходима организационная и финансовая поддержка научных исследований по вопросам информационного противодействия противоправному контенту – особенно в части, касающейся терроризма и экстремизма. Ведь именно научные исследования в практической плоскости могут дать ответ, есть ли у терроризма в сети Интернет пята Ахиллеса.

Буров Андрей Владимирович, кандидат политических наук, доцент, Министр внутренней и информационной политики Ростовской области

Яровой Анатолий Владимирович, директор НЦПТИ, член Союза журналистов Российской Федерации

Комментарии

Пока не добавлено ни одного комментария

Написать комментарий

Для добавления комментариев вам потребуется авторизация.